Домой Публикация Генератор случайных чисел. Как государство платит за пытки

Генератор случайных чисел. Как государство платит за пытки

398
Фото с сайта revoluciontrespuntocero.mx

На фоне компенсаций пострадавшим от природных и техногенных катастроф суммы, присуждаемые жертвам пыток, поражают. Мы попытались разобраться, как российские суды оценивают страдания от незаконных действий полиции и ФСИН и что на это влияет. 

Самая маленькая компенсация пострадавшему от незаконного насилия в истории правозащитной организации «Комитет против пыток» составила 500 рублей. Такую сумму в качестве возмещения ущерба за неэффективное расследование пыток назначил нижегородцу Сергею Ляпину районный суд в 2009-м. За 10 лет судебная практика по аналогичным искам значительно не изменилась.

В марте 2019-го суд назначил двум жителям Нижнего Новгорода компенсацию за пытки в отделении полиции – по 5,000 ₽ каждому. За 6 лет до этого в дом Низами Гасанова и Эльшана Заманова пришли полицейские. После обыска молодых людей увезли в отделение, избивали ногами, душили, надевая на голову полиэтиленовый пакет, и угрожали изнасилованием. «Мы сейчас тебя изнасилуем, а видеозапись отправим на зону», – заявил полицейский Заманову. После этого молодые люди признались в автомобильных кражах. Спустя 2 месяца с Гасанова и Заманова сняли обвинения. В 2016-м суд признал 6 сотрудников полиции виновными по ч. 3 ст. 286 УК (Превышение должностных полномочий с применением насилия) и назначил всем условные сроки.

Месяцем ранее тот же Нижегородский областной суд взыскал в пользу пострадавшего от пыток в полиции Дениса Крамчанинова 350,000 ₽. В 2010-м Дениса задержали по подозрению в уличной краже. В отделе полиции его избивали, сжимали пальцы пассатижами, заставляли приседать в противогазе. Не выдержав пыток, через 2 часа задержанный подписал явку с повинной. Однако, как и в случае Гасанова и Заманова, уголовное дело в отношении Крамчанинова вскоре было прекращено. Чтобы добиться наказания виновных в пытках, понадобилось почти 7 лет и жалоба в ЕСПЧ. В 2018-м оперуполномоченного Андрея Туманова приговорили к условному сроку, а в следующем году взыскали с МВД сумму, в 70,000 раз превышающую компенсацию Гасанову и Заманову. 

В 2013-м году в СИЗО-2 Орска Оренбургской области скончался заключенный Владимир Ткачук. По версии тюремной администрации, ему на голову упала деревянная доска – такими арестанты стелили полы. Чтобы привести версию в соответствие с заключениями врачей, предположили, что доска сама падала на голову пострадавшему несколько раз. На следующий день якобы за отказ встать по команде «подъем» Ткачука отправили в штрафной изолятор, где он безуспешно просил о помощи, пока не впал в кому, из которой уже не вышел

Дело о смерти заключенного все-таки возбудили, но виновных удалось установить только после того, как ЕСПЧ направил российскому правительству вопросы по жалобе родственников Ткачука. В 2018-м 2-х сотрудников СИЗО приговорили к 2-м и 4-м годам колонии. 

Моральные страдания матери суд оценил в 500,000 ₽. Для сравнения: родственникам погибших во время наводнения в Иркутске в качестве моральной компенсации было выплачено по 1 млн ₽, семьям погибших во время пожара в ТЦ «Зимняя вишня» – по 5 млн. Однако для дел о пытках компенсация матери Ткачука не самая низкая: брату погибшего от пыток в подмосковном ОВД Фарруха Урозова присудили 200,000 ₽, а брату скончавшегося в казанском отделении полиции Павла Дроздова – 50,000 ₽.

ХОЖДЕНИЕ ПО МУКАМ

Чтобы получить компенсацию морального вреда за пытки, потерпевшему или его родственникам нужно обращаться в суд – ни МВД, ни ФСИН, как правило, не предлагают возместить ущерб от действий своих сотрудников первыми. Иски могут быть разными: о возмещении морального вреда, причиненного преступлением, или же не являющимися преступными, но тем не менее незаконными действиями сотрудников, возмещении морального вреда за систематические незаконные действия и решения следователя при расследовании уголовного дела, иски о возмещении морального вреда за истечение сроков привлечения к уголовной ответственности ввиду неэффективного расследования. 

Сколько стоит жизнь человека в России [Эксперты]

Прежде чем предъявлять счет за пытки руководству силовиков, нужно, чтобы суд признал действия сотрудников незаконными, а заявителя – потерпевшим. На этой стадии в архивах МВД и СК без движения оседает большая часть материалов по заявлениям о пытках. В «Комитет против пыток» за 20 лет работы поступило 2397 сообщений о незаконном насилии и жестоком обращении со стороны сотрудников правоохранительных органов и тюремного ведомства. Доказать факты пыток в суде и добиться обвинительного приговора удалось в 201-м случае, что составило менее 10% от общего числа обращений. 

Чаще всего в ответ на заявление о пытках приходит отказ в возбуждении уголовного дела. В результате обжалования отказы могут отменять, возобновлять проверку и снова выносить отказ – это может длиться годами. Возбуждение дела еще не значит, что виновные будут наказаны: дело могут прекращать, суды – переносить, а потерпевшему придется каждый раз рассказывать, как его пытали. Пострадавшим от пыток Гасанову и Заманову пришлось посетить 60 судебных заседаний, прежде чем сотрудникам вынесли приговор. «Необходимость вновь и вновь вспоминать детали физического насилия, унижений становится для человека дополнительной пыткой. Это хождение по мукам», – считает глава московского офиса «Комитета против пыток» Анастасия Гарина. 

Так произошло в деле оренбуржца Владимира Прыткова. В 2010-м полицейские заставляли его признаться в угоне автомобилей или заплатить сотрудникам, чтобы остаться в статусе свидетеля. После 4-х часов истязаний врачи диагностировали у Прыткова черепно-мозговую травму, контузию головного мозга, субарахноидальное кровоизлияние и ушибы грудной клетки и мягких тканей головы. Расследование по заявлению пострадавшего прекращается и возобновляется уже 9 лет. В очередной раз дело возобновили после коммуникации жалобы Прыткова в ЕСПЧ. Тогда следователь устроил потерпевшему очную ставку с сотрудниками, которых он обвинял в пытках. Полицейские не смогли объяснить, на каком основании задержали Прыткова и как в кабинете отделения оказалась его кровь, после этого дело вновь закрыли.

Поскольку сотрудников так и не признали виновными, юристы «Комитета против пыток» подали в интересах Прыткова иск о компенсации за неэффективное расследование. В апреле суд взыскал со Следственного комитета 50,000 ₽ в пользу потерпевшего.

РАСПОЛОЖЕНИЕ ЛУНЫ ОТНОСИТЕЛЬНО ГОРОСКОПА

— Никто в принципе не понимает, чем руководствуются судьи, назначая компенсации. Теоретически какая-то логика в этом есть, судья сам ее видит и считает какую-то компенсацию адекватной. На деле выходит автомат случайных чисел, – отмечает Анастасия Гарина.

Она поясняет, что при подаче иска юристы детально обосновывают запрашиваемую сумму: к заявлению прилагаются медицинские документы, сведения о расходах на лечение, заключения экспертиз о психологической травме, нанесенной пытками, и прочие документы, подтверждающие материальный и моральный ущерб от действий сотрудников.

Иногда нам казалось, что мы понимаем логику судьи: при определении суммы компенсации брату погибшего от пыток в Подмосковном отделении полиции Урозова суд тщательно выяснял, сколько у него родственников. Здесь можно понять: если родственников много и все они могут обратиться с исками, то компенсация должна быть меньше, чтобы не разорять бюджет

Руководитель отдела расследований нижегородского отделения «Комитета против пыток» Альберт Кузнецов соглашается, что единой судебной практики по выплатам компенсаций в стране не существует. На суммы не влияет ничего, кроме расположения духа у судьи в конкретный день. «Расположение луны относительно гороскопа», – с грустью добавляет Гарина.

Юрист правозащитной организации «Зона права» Игорь Шолохов представлял в ЕСПЧ интересы пострадавшего от пыток жителя Татарстана. В 2016-м Динара Авзалова допрашивали по факту кражи магнитолы из автомобиля. Чтобы ускорить признание, полицейский нанес ему 21 удар электрошокером. Позднее сотрудника признали виновным и приговорили к 5-ти годам условно. В качестве компенсации суд назначил Авзалову 20,000 ₽, а в апелляции сумму подняли до 70,000. В сентябре правительство предложило ему заключить мировое соглашение на условиях выплаты 9800 (695,040 ₽ по текущему курсу). 

Игорь Шолохов рассказывает, что в последнее время правительство часто предлагает такое урегулирование спора, при этом речь идет о суммах в десятки раз превышающих компенсации, назначаемые в национальных судах. «Почему нельзя сразу предложить человеку сумму адекватную практике ЕСПЧ – непонятно. Когда ЕСПЧ коммуницирует жалобу, представители России в лице Минюста соглашаются уже на гораздо большие суммы. Я думаю, дело в том, что районный судья в последнюю очередь думает, пойдет ли жалоба в Европейский суд и сколько тогда придется заплатить бюджету», – полагает Шолохов.

Понимание логики суда осложняется тем, что в решениях о компенсации отсутствует какая-либо аргументация. Судья назначает суммы, исходя из внутреннего убеждения, и не объясняет, почему конкретная сумма соответствует понесенному ущербу. «Мы как-то сравнивали суммы сегодняшних компенсаций с “Русской правдой” – все изменилось в худшую сторону, – говорит Анастасия Гарина, – если посмотреть на стоимость продуктов тогда и сейчас и сравнить суммы, которые причитались за физические увечья и другой ущерб, то сейчас выходит меньше». Она отмечает, что во многих случаях, когда «Комитет против пыток» добивался компенсации пострадавшим, присужденные суммы не покрывали даже расходы на лечение. 

ПРАКТИКА ЕСПЧ

Руководитель отдела международно-правовой защиты «Комитета против пыток» Ольга Садовская поясняет, что средний размер компенсации за пытки в Европейском суде составляет порядка 30,000 – 40,000 . При этом в зависимости от понесенных страданий сумма может меняться как в большую, так и в меньшую сторону. В году 2006-м ЕСПЧ обязал Россию выплатить пострадавшему от пыток Алексею Михееву беспрецедентную сумму компенсации – 270,000 . В 1998-м Михеев с приятелем познакомился с девушками, после чего одна из них пропала. 22-летнего нижегородца задержали и подвергли пыткам, вынуждая сознаться в похищении и изнасиловании девушки. После очередных истязаний и пыток током Михеев сознался в преступлении и выбросился из окна отделения полиции, получив тяжелую травму позвоночника с размозжением спинного мозга. В этот же день пропавшая девушка вернулась домой, объяснив родственникам, что никуда не пропадала.

Европейский суд также назначает компенсации, если пострадавший подвергся унижающему и бесчеловечному обращению без применения физического насилия. По словам Ольги Садовской, в этом случае суммы обычно начинаются от 10,000 . Компенсации морального ущерба близким погибших от пыток составляют примерно 40,000

«Ущерб делится на материальный, нематериальный и юридические расходы за все нарушения, факт которых установлен, – объясняет Садовская особенности подхода ЕСПЧ. – В большинстве дел компенсаций материального ущерба нет, но не потому что он в самом деле отсутствует, а потому что не удается (а чаще никто и не пытается) его доказать. Люди, пережившие пытки, уже настолько раздавлены этими событиями, что обычно сил еще и на доказывание материального вреда у них не хватает».

Юрист отмечает, что в последние годы российское правительство действительно чаще предлагает мировое урегулирование после коммуникации жалоб в ЕСПЧ. Но на суммах компенсаций в национальных судах это не сказывается. «Прошлым летом на заслушивании периодического доклада России в Комитет против пыток ООН замминистра юстиции Михаил Гальперин сказал, что вопрос компенсаций за нарушения прав человека является для него приоритетным, и он будет бороться за то, чтобы на законодательном уровне закрепить требования к их размерам. Пока дальше слов дело, правда, не пошло», – констатирует правозащитница.

Садовская отмечает, что о проблеме с компенсациями морального ущерба также активно говорит Российская Ассоциация юристов и Федеральная адвокатская палата, а правозащитники не раз поднимали вопрос о разработке единых методик расчета компенсаций. Но даже без законодательного закрепления сумм и критериев их расчета сделать судебную практику более справедливой могла бы ориентация на многолетний опыт ЕСПЧ по российским жалобам. Несмотря на заявления представителей России в ООН, адвокатского и правозащитного сообщества, национальные суды продолжают игнорировать практику Европейского суда.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Оставьте ваш комментарий
Введите ваше имя