Александр Пустоутов проработал в следствии без малого 20 лет. Фото: Ульяна Первенкова

История уволенного следователя, который дошел до Верховного суда и отменил приказ Александра Бастрыкина. Но справедливости так и не дождался. 

Александр Пустоутов проработал в следствии без малого 20 лет. За 5 месяцев до пенсии его уволили за нарушение присяги, обвинив ни много ни мало  в нецензурной брани и сексуальных домогательствах. Основанием стала служебная проверка, с материалами которой он не может ознакомиться уже 5 лет. За время, пока Александр добивался материалов проверки, свой пост оставил глава ГСУ по Московской области Андрей Марков. По некоторым данным, ранее близкий к Бастрыкину генерал, в последнее время потерял доверие главы СК РФ. Его последователи в Следственном управлении продолжают держать материалы служебной проверки Пустоутова в тайне. Свою историю от увольнения до выступления в Верховном суде Александр рассказал корреспонденту White News.

КАК УВОЛЬНЯЮТ СЛЕДОВАТЕЛЕЙ  

— В ноябре 2014 года меня вызвали в кабинет руководителя отдела кадров и без всяких предупреждений начали перекрестный допрос. Это следственное действие, но никакие права мне не разъясняются, не объясняется ничего. Я отвечаю на вопросы и в это время начальник начинает диктовать своему заму как молодой секретарше, что нужно писать в моем объяснении. Я прошу: дайте мне самому записать свои ответы! Напечатаю и подпишу: с моих слов записано верно. «Вы не имеете права!» — получаю я ответ начальника.

Через некоторое время Александра Пустоутова поставили перед фактом: он уволен. Причиной стало то, что он нецензурно выражался в адрес руководства ГСУ по Московской области и «хватал за половые органы сотрудниц». Приказ об увольнении ему не дали, как и объяснений, кого и когда он хватал и оскорблял. «Как можно ходить по управлению и хватать сотрудниц за половые органы. Мы что находимся в немецкой бане? — возмущается бывший следователь. — На что руководитель отдела кадров заявил: это не ваше дело. Эту дебильную формулировку потом решили убрать из приказа. Видимо, поэтому мне отказались сразу его выдать. Направили по почте уже измененный вариант, его же потом принесли в суд». 

Чтобы обжаловать приказ и выяснить, при каких обстоятельствах по мнению руководства он совершал порочащие честь мундира действия, Пустоутов попросил ознакомить его с материалами служебной проверки. Ему отказали. Это затрудняло подготовку к суду, потому что уволенный следователь не знал, какие именно обвинения ему потребуется оспаривать: нужно знать имена людей, даты, когда он якобы нарушал присягу, чтобы представить суду доказательства и показания свидетелей подтверждающие, что делать этого он не мог. Подробности своих «преступлений» Пустоутов узнал уже в суде.

— «Трогал за волосы инспектора Дордулю, находясь в 407 кабинете». Послушайте, в соответствии с распорядком женщины должны собирать волосы в пучок. У Дордули рост 170 см, да еще на каблуках. Посмотрите на меня — разве я дотянусь? Или вот еще: якобы, я лапал инспектора Стригуненко.

Действительно, однажды она передавала мне документы и тыльной стороной ладони коснулась моей руки, и стала орать, что я ее лапаю.

Знаете, у меня жена — сотрудник ФСИН, мы дома так и зовем ее — «надзиратель». Да если бы я вздумал кого-то «лапать», мне бы эти лапы еще не так повредили.

Пустоутова также обвинили в том, что он высказывал мнение о профнепригодности руководителя отдела по приему граждан. Фото: Ульяна Первенкова

Пустоутова также обвинили в том, что он высказывал мнение о профнепригодности руководителя отдела по приему граждан Ольги Калмыковой. По его словам, с Калмыковой действительно имелись разногласия:

— Я высказывал только одно — что указания Ольги Борисовны это хорошо, но я беру и читаю закон, и вижу, что ее требования закону не соответствуют. И не раз говорил ей, что не могу исполнить ее приказ, потому, что это противоречит закону. 

ИСЧЕЗНУВШИЕ УГОЛОВНЫЕ ДЕЛА  

Указания Ольги Калмыковой в том числе касались уголовных дел, которыми занимался Пустоутов. Он проводил расследования по фактам утраты уголовных дел и материалов доследственных проверок. Бывало, что материалы по уголовным делам с участием полицейских, депутатов, должностных лиц просто исчезали. Так случилось с одним делом в Люберцах. Бывший следователь долго искал материалы и в один день таинственным образом все 3 тома оказались на капоте его машины. Он затребовал записи камер, стал собирать показания свидетелей, чтобы понять, кто подложил ему пропавшие тома. Но это вызвало недовольство главы ГСУ по Московской области Андрея Маркова, мероприятия потребовали свернуть. 

«Если на приеме Пустоутов — жди проблем, — вспоминает Александр, — Потому что я подробно расскажу заявителю, что ему сделать, чтобы все было верно оформлено, не буду футболить заявления между отделами и управлениями, заниматься волокитой, пока заявитель сам не забросит обращаться к нам». Бывший следователь подозревает, что именно эта особенность не нравилась его руководителям — его дотошность в работе и точное следование инструкциям создавало проблемы.

Еще одна детективная история произошла в районе Ступино Московской области. На и.о. руководителя следственного отдела было совершено покушение. Пока она лежала в больнице из уголовных дел, которые она расследовала пропало много материалов.

Фигурантами одного исчезнувшего полностью дела были полицейские. На служебном автомобиле они сбили пешехода, вывезли его в лес и жестоко избили.

Пустоутов отправился искать следы пропавшего дела. Через некоторое время ему позвонили из ступинского следственного отдела:

— Приезжай, вчера в 7 утра принесли твое дело. Позвонили в дверь, на пороге стоит молодая блондинка и говорит: разверните пакет. Парень из вневедомственной охраны только руки протянул, как она повесила пакет и исчезла. Я у них спрашиваю: хоть машина то какая отъезжала? Стал искать, девушку, машину и тут проверку у меня забирают и передают другому следователю. Вскоре я узнаю, что он опрашивает сотрудников ступинского отдела, во сколько я приходил на работу и когда возвращался. Вместо проверки по пропавшему делу начинается проверка против меня. 

ВЕРХОВНЫЙ СУД ПРОТИВ БАСТРЫКИНА 

Обжаловать приказ о своем увольнении Пустоутов отправился в Бабушкинский суд. Там выступали свидетели, как со стороны ГСУ так и со стороны уволенного следователя. На вопрос, какой из пунктов присяги нарушил Пустоутов, представитель ГСУ ответил: нарушил присягу в целом. «Если вам когда-то захочется почитать текст присяги, то обратите внимание, что там есть много пунктов, — говорит бывший следователь, — это как ПДД. Но никому не предъявляют нарушение ПДД в целом. Это и невозможно сделать никак — за всю историю не было человека, которому удалось нарушить все правила одновременно». Все доводы Пустоутова и его свидетелей из действующих сотрудников ГСУ суд отклонил, его увольнение было признано законным. 

Решение устояло во всех инстанциях вплоть до Верховного суда. Отчаявшись добиться восстановления в должности, бывший следователь решил попробовать хотя бы получить материалы служебной проверки, на основании которой его уволили. С этим требованием в 2017 году он снова направился в Бабушкинский суд. В ходе заседания выяснилось, что в 2015 году глава Следственного комитета Бастрыкин издал приказ, в соответствии с которым ознакомление с материалами проверки происходит только с разрешения руководителя отдела. 

Верховный суд встал на сторону Александра Пустоутова. Фото: Ульяна Первенкова

— Выходит, что своим росчерком пера руководитель может не знакомить человека — не только Пустоутова, таких много — с материалами проверки, на основании которой его уволили. Даже из нашего ГСУ было уволено много сотрудников. Получается, они не имеют права знать, за что.

Ссылаясь на измененную Бастрыкиным инструкцию о проведении служебных проверок, Пустоутову отказали и Бабушкинский и Мосгорсуд. Но неожиданно, Верховный суд встал на его сторону. «Представитель СК 15 минут рассказывал, что приказ Бастрыкина соответствует закону, и вообще не имеет отношения к моему делу, — вспоминает Александр, — Потому что никакой служебной проверки в отношении меня не было. Была кадровая — это другое, она ничем не регламентирована и не имеет правовых последствий в виде увольнения. Я тоже так думаю, но в решении суда черным по белому написано: основание для увольнения — служебная проверка». Доводы Пустоутова поддержал Минюст. Представитель министерства отметил, что оспариваемый пункт приказа Бастрыкина закрывает гражданину доступ к сведениям, касающимся его законных прав и интересов. Верховный суд принял решение признать 15-й пункт «Инструкции о проведении служебных проверок в Следственном комитете РФ» недействительным.

СПРАВЕДЛИВОСТЬ НЕ ВОСТОРЖЕСТВОВАЛА  

Об этой победе маленького человека в схватке с такими гигантами, как Следственный комитет по Московской области и СК РФ, написали несколько правовых порталов. Решение Верховного суда стало важным для многих уволенных сотрудников Следственного комитета, которые не могли узнать за что их лишили должностей. Но в деле самого Пустоутова это решение не изменило ничего. 

Поскольку приказ об увольнении был «засилен» в Мосгорсуде, от решения Верховного суда в ГСУ отмахнулись. Пустоутов в третий раз пошел в Бабушкинский суд и потребовал возобновить процесс в связи с вновь открывшимся обстоятельством. «Поскольку мне отказали в ознакомлении именно на основании пункта «Инструкции», отмена этого пункта в Верховном суде — это вновь открывшееся обстоятельство. Суд обязан это учесть, поскольку это полностью меняет дело», — считал Пустоутов. 

В Бабушкинском суде посчитали иначе. В связи с тем, что следователь был уволен не на основании отмененного пункта инструкции, суд решил, что решение ВС в ситуации Пустоутова ничего не меняет. В октябре 2018-го ту же формулировку повторил Мосгорсуд, а ВС отказал в передаче его обращения на рассмотрение. Никто не обратил внимания, что бывший следователь не требует восстановить его в должности, а просит лишь обязать ГСУ наконец показать ему материалы, проведенной в отношении него проверки.

— Мой старший сын, первоклассник, не любит читать сказки. Он мне однажды говорит, мол, давай, папа, почитаем твои судебные бумаги. Я дал ему решение суда. «Папа, а что судья не могла прочитать о чем ты просишь, она что читать не умеет? То, что она написала — ты же ее не об этом просил».

Говорит восьмилетний ребенок. А суд этого понять не может или не хочет.

Уволенный следователь Александр Пустоутов дошел до Верховного суда и отменил приказ Бастрыкина. Но справедливости так и не дождался. Фото: Ульяна Первенкова

Отменив приказ Бастрыкина, Пустоутов не смог добиться, чтобы это приняли к сведению в Следственном комитете по Московской области. «С решением Верховного суда, отменяющего решение Бабушкинского я мог бы прийти в ГСУ и потребовать эти материалы, — говорит следователь, —  Если бы мне дали ту ерунду на 5 или 8 листов, что у них называется кадровой проверкой, я бы просто сослался на решение суда, где говорится о служебной. И если настоящей служебной проверки у них нет, то с этим я запросто мог бы пойти и в суд и в прокуратуру. Потому что в этом случае мое увольнений совершенно незаконно — нет главного документа, на основании которого был вынесен приказ». Верховный суд признал недействительным сам нормативный акт, но обязывать ГСУ исполнить свое же решений в отношении Пустоутова, суд не стал. 

ИНСТРУКЦИИ ДЛЯ СЛЕДСТВИЯ  

— Вы не обращали внимания, что уголовные дела нумеруются исключительно карандашом и в верхнем углу листа? Для чего это делается? Чтобы когда дело будет перешиваться не зачеркивать, а стереть карандаш ластиком и перешить новое дело. Это из инструкции по делопроизводству, которая была написана в 30-годы прошлого века. В те самые времена… И в 2019-м менять ее никто не спешит.

С 1930-х годов некоторые инструкции для следственных органов все же изменились. К примеру, в 1937-м закон не предусматривал обязанность НКВД отвечать на запросы журналистов, а в 2019-м такой закон есть.

Тем не менее, ГСУ СК РФ по Московской области проигнорировал официальный запрос редакции White News о ситуации с Александром Пустоутовым.

Не удалось получить даже «отписки» о том, почему ГСУ не обязано рассказывать журналистам, что случилось с материалами служебной проверки в отношении Пустоутова. 

Отменив приказ Бастрыкина, Пустоутов не смог добиться, чтобы это приняли к сведению в СК по Московской области. Фото: Ульяна Первенкова

Александр исчерпал все судебные инстанции, и теперь надеется только на публичную огласку. Он верит, что общественный резонанс поможет заинтересовать его делом прокуратуру — по закону публикация в СМИ является основанием для начала проверки. «Вы знаете, ведь я не один такой, — замечает Александр, — Просто я решил идти до конца, мне не оставили другого выбора». Он признается, что если бы ему дали доработать до пенсии, он бы спокойно ушел и не стал бы 5 лет ходить по судам:

— Если вам человек так мешает, сказали бы по-человечески: вот тебе выговор, иди в отпуск, а потом ложись в больницу до пенсии. У человека, который 20 лет отработал в органах есть основания полежать в больнице и не одну неделю, а у меня так целый букет всего. И не само собой оно появилось, когда я начинал работать, давление у меня было в норме. Но зачем так?

Как мне жить с этим несправедливым и гадким пятном, про эти домогательства и прочую чушь? У меня 2 сына, они спросят: папа, за что тебя выгнали с работы?

Что ты сделал неправильно? Я хочу, чтобы мне было, что им ответить.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Оставьте ваш комментарий
Введите ваше имя