Домой Никита Белых Никита Белых. Литературный конкурс

Никита Белых. Литературный конкурс

13
0

Всем привет.

Продолжаю писать об активностях, которые организую здесь в рамках своего библиотечного проекта. Вообще, по подходам и стилистике, ведение колонки все больше напоминает «Письма римскому другу» Бродского, так что, в каком — нибудь из писем обязательно что-то типа:

«Если выпало в Империи родиться,

Лучше жить в глухой провинции в Рязани ☺»

(Не знаю почему, некоторым, в слове «провинция», чудится что то обидное – мне так нравится, например. Во времена, когда все стремятся стать какой либо столицей – культурная столица, третья столица, промышленная столица, столица огурцов, меда, караваев, слонов, правильный тренд стремиться стать лучшей провинцией, по-моему).

Итак, я организовал проведение в колонии сразу нескольких конкурсов – про интеллектуальный напишу в следующий раз, скажу лишь, что по состоянию на начало декабря прошло уже пять раундов, и уже случились скандалы, дисквалификации и предания остракизму отдельных победителей. И про художественный тоже попозже, как раз через неделю будем подводить итоги.

Сейчас про литературный.

Идея литературного конкурса возникла, когда я как паззл собирал проекты, которыми хочу отметить юбилей Солженицына.

11 декабря Александру Исаевичу Солженицыну исполняется 100 лет. Учитывая, что он жил и работал в Рязани, понимая, что часть его произведений очень плотно связана с темой лишения свободы, я решил, что будет правильно, если Библиотека колонии тоже примет участие в праздновании юбилея.

Честно говоря, меня подвигло к этому и то, что я давно, лет пятнадцать, наверное, еще по Перми, знаком с сыном писателя Ермолаем, и надеялся, что он мне окажет определенную, методическую помощь, и то, что опять же давно, именно данное Солженицыным определение патриотизма очень точно вобрало мои мысли и ощущения, которые я испытывал, когда вокруг стало очень модно рассуждать об истоках, когда ревущие «РААССЕЕЕЯ!!!» на спортивных мероприятиях совершенно неспортивные люди стали выдавать суждения об исторических событиях, путаясь в именах и датах, и я чувствовал себя очень неуютно, потому что мое представление о любви к своей Родине (а я её действительно люблю, и очень расстраиваюсь, когда вижу, что происходит изо дня в день) явно отличалось от того, что пропагандировалось прямо или скрыто со страниц газет и с экрана телевизора. Именно в тот момент мне нужно было почувствовать опору в авторитете, и я нашел её, как раз у Александра Исаевича:

«Патриотизм — цельное и настойчивое чувство любви к своей родине, с готовностью жертвовать ей, делить невзгоды, но со служением не угодливым, не поддержкою несправедливых притязаний, а откровенным в оценке её пороков, грехов и раскаяния за них»

Короче, сначала, еще в сентябре, я выступил с предложением инициировать присвоение имени Солженицына библиотеке ФКУ ИК-5. Оказалось, что документов, регламентирующих присвоение имени структурному подразделению казенного учреждения просто нет. Есть много нормативных актов, в том числе в регионах, которые описывают порядок и процедуру присвоения имени того или иного уважаемого человека социальным, в т.ч. культурным учреждениям областной и муниципальной подведомственности, а в моем случае, увы. Наверное, если бы администрация колонии вышла с инициативой, а ФСИН поддержала и обратилась в Минюст, тогда возможно, но поскольку понятия «инициатива» и «колония» даже в рамках одной статьи встретишь не часто, а уж в рамках одного предложения и подавно, и главное конкурентное преимущество любой колонии в системе  — это ее незаметность, то понятно, что этот проект пришлось свернуть.

Поэтому я решил просто подготовиться к юбилею, для чего освободил  отдельную полку в стеллаже, что при жуткой переполненности было сделать непросто, и разместил там бюст писателя, знакомые ребята на промке сделали хороший портрет писателя, выжгли его на дереве и покрыли лаком. Семья писателя и мои знакомые прислали более полусотни книг, в том числе на одном очень ценном экземпляре «Крохоток», Наталья Дмитриевна Солженицына, за что ей огромное спасибо, сделала надпись «Библиотеке ФКУ УФСИН России по Рязанской области «Исправительная колония №5» в селе Клекотки. В память Автора, к 11.12.2018».

Думаю  не ошибусь, если скажу, что такой книги, так же как и такого объема литературы Солженицына нет ни в одной библиотеке ФСИН. Тут ведь какая история – библиотечные фонды централизованно в тюрьмах и колониях формировались в 60-70-е годы, поэтому почти везде Горького и Маяковского – полные собрания сочинений, классики тоже представлены прилично, но произведения диссидентов, эмигрантов, даже или тем более Нобелевских лауреатов отсутствуют. Потом централизованное пополнение исчезло и главным источником стали книги, которые поступали осужденным, а те их передавали в библиотеку. По этому каналу тоже такие авторы как Солженицын, если и могли «зайти», то скорее как исключение из правил. Это я уже за четыре с лишним месяца работы передал, поступивших на мое имя около полутора тысяч книг. Потому что хочу сделать библиотеку колонии в Клекотках лучшей в стране по системе ФСИН.

Потом мы оформили выставку из двенадцати плакатов, подготовленных Федеральным агентством по печати и массовым коммуникациям, Россотрудничеством, Департаментом культуры Москвы и Домом Русского Зарубежья им. А.И.Солженицына  «Доверенный летописец эпохи». Учитывая крайнюю стесненность в помещениях, я попросил адвоката распечатать плакаты в формате А3 и заламинировать, и мы разместили их в коридоре библиотеки. Получилось неплохо.

Я подготовил несколько коротких радиопередач, посвященных биографии и творчеству писателя и мы запустим их в три дня до и три после собственной юбилейной даты, т.к. длинные передачи на улице слушать сложно, и мы их транслируем, когда осужденные в обязательном порядке находятся на улице – во время утренней и вечерней проверки.

И конкурс. Я предложил не задавать никаких ограничений ни по формату, ни по теме, ни по размеру. В объявлениях в отрядах написали, что литературный конкурс приурочен к юбилею Александра Исаевича, назвали его «Крохотки», чтобы люди не боялись присылать даже совсем незначительные по объему произведения. С начальством согласовали, что надо поощрить победителей, а все произведения попрошу друзей просто напечатать в виде брошюры и раздать в колонии – экземпляров 200-300.

Люди пишут. Пока пришли тексты от двух десятков осужденных. Очень разные, откровенно слабые, с матом и бессодержательным бредом, графоманские излияния и стихи без рифмы. И не только. Разные. Пусть. Пока человек хочет что-то хотеть , он живой. Потом — уже нет.